Продолжение. Начало
Зашли к начальнику вокзала. Оказался начальник вокзала не начальником, а начальницей - молодой, чуть старше нас, очень красивой женщиной. Мы рассказали ей свою историю и она нам поставила уважительную остановку - это значит, что наши билеты не аннулированы и можно ехать дальше.
Выпнули нас утром, а поезд проходящий только ночью. Кушать охота дико (двое суток были только перекусы всухомятку, когда милиционеры кого-то из нас выводили на вокзал для покупки чего-то съестного).
Без еды и ещё день надо как-то до поезда кантоваться и ещё домой двое с лишним суток в поезде. Вышли мы на привокзальную площадку - солнечное прохладное осеннее утро, на улице свежо и пахнет тайгой, но самое главное - это свобода, даже есть расхотелось.
Сразу в голову приходят слова цыгана Чудры из разговора с Лойко Зобаром в замечательном советском фильме «Табор уходит в небо». Он сказал: «Из всех вин самое пьянящее - это воля». Действительно, слаще свободы нет, от которой мы с Коляном опьянели без вина, да ещё и после вонючего обезьянника. Ну да ладно - лирика лирикой, а денег-то нет, но в голову опять-же настойчиво просится сюжет тоже из фильма, но другого, тоже легендарного - «Мимино», когда главный герой фильма пытался продать часы солдатам. Также и я предложил Коляну что-нибудь продать из наших вещей.
Торгашами мы оказались никудышными, как-то всё это выглядело немного позорным, поэтому мы от этой мысли быстро отказались. Оставалось только поискать временную работу, но Коля почесал голову и, о чудо, вспомнил что у него армейский сослуживец родом с этого городка. Но кроме ФИО он ничего не знает, но краем уха он слышал от сослуживца, что его отец работал в депо.
Нашли мы депо, потом его отца, дождались после работы, потом увезли они вместе с сыном нас с Колей к себе домой, затопили баню, накрыли стол, накормили нас до отвала, потом нагрузили нас продуктами в дорогу, ещё дали денег и проводили ночью на поезд до Улан-Удэ.
Не помню, как узнал Валька о нашем приезде, но в Улан-Удэ он нас встретил на вокзале, рассказал, что возместил нанесённый ущерб и развез по домам, а впереди ещё предстоял нелицеприятный разговор в деканате с довольно туманной перспективой дальнейшей учёбы. Но всё обошлось - мы «поплакали» с Колей в деканате, естественно раскаялись, сказали, что больше подобное не повторится, рассказали как было, что не виноваты мы. Влупили нам по выговору, меня лишили стипендии на полгода и обоих оставили учиться дальше, а ватагу нашу ждали новые приключения.
Игорь Бобков
Продолжение следует
